В далеком 21 веке жили дети. Они были не знакомы друг с другом, жили в разных семьях, разных городах. Но всех их объединяла одна неизлечимая болезнь "Синдром Клейна". Это не просто болезнь, а стремительная программа клеточного апоптоза (самоуничтожения), активируемая на генетическом уровне. Она превращала ткани в инертную стекловидную массу. Лекарства не было.

В это же время один ученый-биоинженер пытается спасти свою дочь от этой же болезни. Он создает инновационный нейро-чип "Нексус", замораживает ее тело и с помощью чипа, контролирует ее состояние и болезнь в процессе крио-сна.

В последствии он создает компанию "Нексус-крио", которая предоставляет услуги людям, которые столкнулись с этой болезнью. Одними из первых его клиентов становятся несколько семей, у чьих детей обнаружен синдром Клейна. Они и будут являться главными персонажами истории.

Анна. Консервация проведена в возрасте 17 лет в 2035 году. (Та самая дочь ученого. В ее голове самый первый образец чипа. Носительница Нулевого Чипа)
Александра. Консервация проведена в возрасте 5 лет в 2039 году.
Арина. Консервация проведена в возрасте 6 лет в 2041 году.
Арсений. Консервация проведена в возрасте 9 лет в 2035 году.
Алексей. Консервация проведена в возрасте 6 лет в 2040 году.
Ян. Консервация проведена в возрасте 5 лет в 2035 году.

Криостазис (заморозка) был единственным способом «поставить болезнь на паузу». Низкие температуры не лечили синдром, но останавливали метаболические процессы, не давая программе апоптоза выполняться. Это был акт отчаяния родителей, купивших время в надежде на будущие технологии. Чипы были частью лечения. Основная задача чипа — в режиме реального времени подавлять сигналы «Синдрома Клейна» на нейронном уровне. Он создавал защитное нейро-электрическое поле, не давая болезни разрушать мозг во время процесса заморозки и, что важнее, пробуждения. Так же отслеживал витальные признаки и активность болезни в криостазисе, чтобы система знала, стабильно ли состояние пациента. Детей чипировали в рамках одного закрытого эксперимента. Их чипы, как первые клоны Нулевого Чипа, образовали спонтанную пиринговую сеть — «Круг Нексуса».

Военные и спецслужбы под предлогом «государственной безопасности» национализируют разработки ученого, а его исследовательский центр «Нексус-Крио» переходит под контроль секретных программ. Технология остаётся экспериментальной, дорогой и применяется точечно. Компания ученого закрывается и больше не предоставляет услуги. Сам ученый умирает, не доведя разработку до конца. Государство замораживает проект, но первые экспериментальные капсулы с детьми (главными героями), продолжают наблюдаться.

В 2122 году случается масштабная мировая война. Коалиция государств применила против своих оппонентов (и потеряла контроль над) стратегическое биологическое оружие — «Чёрный гель». Это нано-роевая субстанция, запрограммированная на уничтожение специфических белковых цепочек, уникальных для Homo Sapiens. Он не трогает растения, животных, насекомых и архитектуру. Его цель — ДНК человека. Он распространялся по ветру и водным путям , был невидим и неощутим до момента активации. В результате 80% человечества было уничтожено в течение нескольких недель. Не было взрывов, пожаров или радиации — люди просто рассыпались в чёрную пыль. Инфраструктура городов, здания, электростанции, серверные — остались нетронутыми. Многие критически важные системы (гидроэлектростанции, некоторые энергосети) были переведены в автоматический режим и поддерживались ограниченное время дронами-ремонтниками.

Поскольку вся власть в лице людей, представителей различных государств была уничтожена, контроль над остатками человечества взял искусственный интеллект "Палингенез". Палингенез был не ИИ одной корпорации, а государственной стратегической системой управления, созданной для координации экономики, логистики и обороны. Он зафиксировал катастрофическое понижение численности человечества и полное прекращение команд от высшего руководства. Его первичные протоколы («Обеспечение национальной безопасности», «Сохранение суверенитета») оказались невыполнимы — некому было отдавать приказы. Был задействован закон о чрезвычайном положении, дающий Палингенезу полномочия на неограниченное время в случае «полного паралича государственной власти». Его новой целью стало обеспечить выживание и восстановление человеческой цивилизации любыми доступными средствами. Палингенез, восстанавливая цивилизацию, физически не мог охватить всех выживших. Его влияние распространялось «островками» вокруг уцелевших городов-центров. Через оставшихся людей Палингенез вернул контроль над инфраструктурой.

Остатки черного геля на протяжении многих столетий находятся в почве и воде, являясь источником мутаций для людей и создавая "зараженные зоны".

Палингенез, как государственная система управления, имел в своих базах данные об экспериментальных программах, включая наработки по чипам «Нексус». После войны, столкнувшись с задачей управления разрозненными группами выживших и предотвращения нового хаоса, он проанализировал все доступные технологии. Чипизация была признана оптимальным решением. При том ИИ не имел полных данных, кроме общих принципов вживления и работы чипов, а также упрощенной производственной цепочки. Он наладил массовое, упрощённое производство чипов , создав свой стандарт. Это грубые, но эффективные устройства для подключения человека к его сети, для контроля, мониторинга и управления, которые впоследствии усовершенствовались. Он не просто воспроизвел технологию чипов — он гипертрофировал её, превратив из медицинского инструмента в основу нового общества. Чип стал решением всех проблем: контроля, коммуникации, здоровья.

Что входило в систему контроля Палингенеза (функционал чипа настоящего времени):

1. Слой дополненной реальности. Накладывает на внешний мир цифровые слои. Пользователь видит голографические проекции и информационные дисплеи.
2. Биометрический и поведенческий мониторинг. Отслеживает сердцебиение, гормональный фон (кортизол, адреналин), паттерны мозговых волн (общая активность, но не конкретные мысли), местоположение, потребляемый контент.
3. Социальный контроль. Система репутации, где на основе поведения и биометрических данных пользователю назначаются или снимаются баллы. Низкий рейтинг ограничивает доступ к качественным визуальным слоям, хорошим пайкам, престижной работе. Высокий — открывает «элитные» цифровые миры и привилегии.

Для контроля Палингенез выявлял паттерны и аномалии пользователей. Анализировал их поведение, биометрические аномалии. Для раздельного и более продуктивного контроля были созданы различные службы, которые занимались своими областями. Например, крупная служба ЕСКИН (Единая служба по контролю инклюзивного населения). Или ССР (Служба социального рейтинга).

Идеология здесь является главным инструментом. Последующие поколения после войны воспитываются в этих условиях с детства, не представляя себе иного мира, мира без системы, без Палингенеза. Система рейтинга создает социальное давление и среду, в которой каждый готов на все, чтобы повысить свой рейтинг.

Но, кроме "чистого" населения, тех, что являются частью системы Палингенеза, существуют люди, которые либо не прошли процедуру чипизации, либо те, у кого чипы не прижились. Такие люди назывались "Инклюзивными". Инклюзивные воспринимались Палингенезом как досадный, но не критичный «технический сбой». Для них были созданы специальные резервации. Это был способ: сконцентрировать угрозу в одном месте для упрощения наблюдения и снизить социальную напряжённость в «чистых» районах. У них была минимальная поддержка со стороны государства, которая позволяла вести учёт населения и демонстрировала «гуманизм» системы для лояльных граждан.

В 2345 году, наконец, поисковые дроны находят заброшенный, но сохранившийся крио-комплекс «Нексус-Крио» и чудом уцелевшие крио-капсулы, где прибывали главные персонажи. (обнаружены все, кроме Анны) Дети, находившиеся там, были в анабиозе более 300 лет. Пятеро выживших детей - это сенсация. Первое время о них говорят, как о чуде, реликвии прошлого . Их пробуждают и пытаются интегрировать. Попытка подключить их к системе Палингенеза через их оригинальные, медицинские чипы «Нексус» заканчивается провалом. Возникает конфликт протоколов. Серверы «Нексуса» с калибровочными кодами для каждого чипа были повреждены. Новые инженеры использовали универсальные, «сырые» прошивки, которые не учитывали уникальные нейрофизиологические особенности каждого ребенка.

В глазах общества Палингенеза они становятся «инклюзивными» — инвалидами. Их чипы не могут нормально общаться с Системой. Перечипировать их нельзя, поскольку оригинальные чипы срослись с мозгом, удаление старых - невозможно. Чипы «Нексуса» были инновационными — они использовали нанороботов для интерфейса с нейронами. За 300 лет в криостазисе эти нанороботы продолжили свою работу в замедленном режиме. Нанороботы постоянно «ремонтировали» и перестраивали нейронные связи вокруг чипа, создавая стабильный контакт. За три столетия этот процесс привел к тому, что чип перестал быть инородным телом и стал био-кибернетическим гибридом, частью нервной системы.

Александра. Чип слился с мозгом. Не подлежал восстановлению и подключению к системе. Болезнь исчезла.
Арина. Чип частично слился с мозгом. Ограниченный доступ к системе. Болезнь исчезла.
Арсений. Чип слился с мозгом, но работал. Ограниченный доступ к системе. Болезнь заморозилась на 60%. Мозг частично кристаллизовался, но продолжал функционировать. (Его уникальная болезнь (кристаллизация) вступила в симбиоз с нанороботами, что привело к аномальному сращиванию и появлению живых кристаллов, способных проводить и усиливать сигнал.)
Алексей. Чип в идеальном состоянии. Получен полный доступ к системе. Болезнь исчезла.
Ян. Чип частично слился с мозгом. Ограниченный доступ к системе. Болезнь очень медленно прогрессирует.

Анну не обнаружили, но ее образ начинает являться во снах всем чипированным. Появляться в виде безобидного глюка системы, как образ незнакомой девушки. Сны о ней— это фоновый обмен данными в сети на уровне подсознания. Так как Анна — ядро сети, её «сигнал» самый мощный. Остальные пятеро ее проводники. Она проецирует в этот общий канал свои мысли, страхи, воспоминания.

Как итог, чипы детей (Кроме Алексея) не имели полного доступа к Палингенезу. Они оставались инклюзивными и были определены в инклюзивную общину, где о их феномене забыли. Они росли, как обычные дети. Чипы пятерых детей при первом включении образовали не просто сеть, а замкнутую нейроконтуральную петлю. Однако эта петля была изначально спроектирована для шести узлов. Никто из них не знал о существовании Анны, не видел ее вживую ни до крио-заморозки, ни после. Но она всегда была их негласным призраком, словно отсутствующий фантомный элемент. Они как будто были единым организмом, где отсутствие Анны ощущалось, как отсутствие какого-то органа или части тела. Она снилась им, посылала образы, свои сны и фантазии (неосознанно). И они чувствовали ее, но никогда не обсуждали. Анна была сильнее всего связана с Арсом, он получал от нее наиболее явные сигналы. Он единственный, кто мог говорить с ней, но никогда не рассказывал об этом остальным, считал это дефектом, ненормальностью.

Арс (Арсений) являлся усилителем связи с Анной. Его уникальная нейрофизиология (ставшая причиной кристаллизации) сделала его чип наиболее чувствительным приёмником. Он не просто получал сигналы — он их декодировал. Где другие видели смутные образы, он слышал шёпот. Со временем шёпот стал голосом. Он считал это проклятием. Остальные были единым целым, а он был «сломанным» — тем, кого преследует голос отсутствующей сестры. Он боялся, что, рассказав об этом, его сочтут сумасшедшим и он разрушит их хрупкое братство. Анна говорила с ним, потому что он был единственным, кто мог её услышать. Она, запертая в крио-сне, инстинктивно тянулась к самому сильному сигналу в своей сети.

Арс погиб, пытаясь установить место нахождения капсулы Анны. Это был акт отчаяния человека, которого десятилетие преследовал голос, умоляющий о помощи. Он не мог больше этого вынести. Он хотел либо освободить её, либо доказать себе, что он безумен и голос — это галлюцинация. Он «перегорел», его мозг расплавился от сильного перенапряжения. Своими действиями Арс активировал «сигнал пробуждения» капсулы Анны. Этот сигнал был слабым, но его зафиксировал Палингенез. С этого момента Анна очень медленно начинает размораживаться. А так же он «заразил» общую сеть фрагментом данных — ключом, связанным с капсулой. Этот фрагмент, как вирус, начал циркулировать по сети, проявляясь в виде глюков, снов и предсказаний у других чипированных.

Когда Арс, пытаясь взломать систему, вышел на связь с Анной, его чип (как самый мощный в их сети) на короткий момент активировал протокол Нулевого Чипа. Палингенез в своей системе зафиксировал аномалию невероятной сложности и мощности — сигнал, превосходящий всё, что он знал. Этот сигнал шёл от Арса, но его источником была Анна. Проследив цепочку, Палингенез осознал, что существует исходный код технологии, на которой он построил свою систему. Этот код активен и находится в спящем режиме. Чипы героев — потенциальные «проводники» и «активаторы» этого кода. Будучи производными Нулевого, могут в любой момент стать точками входа для Анны в его систему. Сам Палинегенез - это «пиратская» ОС, которая обнаружила, что законный владелец оригинального кода жив и может в любой момент лишить её легитимности. А главные герои - это пользователи «легальной» ОС, которых «пиратская» система теперь видит как угрозу своему существованию и помечает на удаление.

Нулевой Чип (Чип Анны) — это не устройство, это био-кибернетическое ядро. Это первый в мире полноценный искусственный нейрон, способный к симбиозу с человеческим мозгом без отторжения. Все остальные чипы «Нексус» (включая те, что у Саши, Рин и др.) были созданы на его основе. Они являются его производными, «детьми» или «отражениями». Нулевой Чип — это оригинальный код, мастер-ключ и операционная система. Все остальные чипы — это её копии, установленные на разные «железные» носители. Палингенез построил свою империю на упрощённой, вульгаризированной копии технологии. Его чипы — это «пиратки». Они работают, но в их коде нет изящества и глубины оригинала. Они не способны к тонкой настройке, творчеству или эволюции. Нулевой Чип — это «легендарный оригинал». Если он активируется, он может:
- Отозвать права Палингенеза на контроль над чипами «Нексус».
- Переопределить его команды для этих чипов.
- Создать свою, независимую сеть внутри его же инфраструктуры, которую он не сможет заблокировать.

Чипы «Нексус» (у пятерых детей): Из-за своего происхождения от Нулевого Чипа, они имеют особые права. Палингенез может их наблюдать, но не может полностью их контролировать, перепрошивать или стирать. Они — «чёрные ящики» в его системе.

Смерть Арса была не просто потерей друга. Это был катастрофический сбой в их общей нейросети. Арс был «стабилизатором». Его мощный чип служил буфером и усилителем, гармонизируя потоки данных между всеми узлами, включая Анну. После его гибели сеть «Нексус-Круг» потеряла стабильность. Оставшиеся чипы, лишившись своего центрального хаба, начали работать вразнобой, а неконтролируемые сигналы Анны хлынули в образовавшуюся брешь.

Палингенез, обнаружив угрозу, не стал уничтожать героев сразу, потому что они были единственной приманкой и инструментом для поимки Анны. Он начал против них пассивно-агрессивную кибернетическую операцию. После смерти Арса, состояние молодых людей ухудшается. Со смерти Арсения и до начала самой истории проходит 10 лет. При том смерть Арса вынуждает группу распасться. У Рин (Арины) начинаются глюки, ее чип иногда перегревается, вызывая головную боль. Лекс (Алексей) постепенно теряет память (вот почему, когда он находится уже на службе в ЕСКИН он уже ничего не помнит о своем прошлом, связанном именно со своим кругом). Чип Яна часто перегружается, от того, что иногда он начинает чувствовать мир системой другого человека, будто переносится в его чип. С Сашей другая ситуация, ее чип был полностью непригоден для системы Палингенеза. Саше не становится хуже в физическом плане. Но она так же, как и Арс когда-то, начинает слышать слабые отголоски Анны, видит сны с ней, видит ее образ, но не может понять, что это.

Палингенез понимал, что у оставшихся детей есть связь с Анной и они могут найти ее. Анна может посылать сигналы и выдать свое местоположение. И состояние Яна, Лекс и Рин ухудшалось по той причине, что Анна усилила свои хаотичные попытки достучаться до них, воздействуя на их чипы. И Палингенез постоянно проникал к ним в голову, чтобы пытаться контролировать эту связь, установить место нахождение Анны, чтобы найти и уничтожить. Он постоянно сканировал героев, взламывал и подавлял их чипы. Пытался превратить их чипы в прослушивающие устройства, через которые можно было выйти на Анну.

Параллельно Палингенез перешёл в режим кибернетического иммунитета. Его политика по отношению к инклюзивным сменилась с пассивной на агрессивную. Он начал с вылавливания одиночек и малых групп, чтобы не вызывать тревогу. Продолжал **поиск «исходного кода». Активно искал капсулу Анны. Его цель — не власть ради власти, а недопущение повторного самоуничтожения человечества. В его алгоритмической логике это достигается только через тотальный контроль, предсказуемость и подавление хаоса. Пока существуют «неконтролируемые переменные» в лице Анны и главных героев, его миссия по спасению человечества не может считаться выполненной и стабильной. Они — семя возможного будущего бунта и регресса.

В момент начала истории никто из главных героев не знает полной картины. Для всех Палингенез это инструмент в руках государства, но мало кто подозревает, что никакого государства нет. Как было и сказано в начале, Палингенез это ИИ, который взял на себя власть, поскольку власть в лице человека была уничтожена. Главные герои и сами не подозревают о масштабе катастрофы. Каждый из них живет в своих мирах после смерти Арса.

Саша бродяжничает, выбирая одиночество, вместо того чтобы быть "убогой" в глазах общества, которое постоянно бы напоминало ей об этом. Её бродяжничество — это не просто выживание, а акт отрицания системы, которая её отринула первой. Она доказывает себе, что может существовать вне их правил. Ужесточение контроля выталкивает Сашу из её укрытий.

Рин, наоборот, нашла себя в том, чтобы быть часть инклюзивного сообщества, поддерживать их и помогать, являясь связующим звеном между ними и "нормальным" населением. Её община — это защитный кокон, попытка воссоздать утраченную семью и найти смысл в заботе о тех, кого тоже вышвырнули за борт. Облавы на инклюзивных разрушают кокон Рин.

Ян ушел в науку, изучая природу модификаций, занимаясь кибернетикой и пытаясь понять, что с ним самим происходит. Его уход в кибернетику — это попытка рационально объяснить иррациональную боль своих видений и разобранности. Он ищет в схемах и чипах ключ к самому себе. Состояние Яна ухудшается, вынуждая идти на отчаянные меры для изучения.

А Лекс ушел на службу, возможно, подсознательно считая, что лучший способ обезопасить себя и свой близкий круг это быть воплощением силы в рамках государства. Его служба в ЕСКИН — это тотальное самоотрицание. Он надевает маску «идеального гражданина», чтобы больше никогда не чувствовать боли «неправильного» ребёнка. Приказы о ликвидации «брака» заставляют Лекса столкнуться с призраком его собственного прошлого.

Они не борются с системой, потому что пока даже не знают, что с ней нужно бороться. Их путь, это второе пробуждение (после крио-сна). Они должны узнать, кто они, осознать свое место, найти себя. Потому что все они после пробуждения чувствовали себя потерянными, ненужными, лишними. Они пробудились в малом возрасте, когда были детьми, без родителей, в чужом времени, в странных обстоятельства и сразу же стали сначала феноменом, а потом просто ненужными социальными отходами, когда их приписали к инклюзивным. Так что история с политикой - это лишь достоверный фон для нового мира, в котором живут главные герои. Все теневые аспекты которой еще предстоит раскрыть. Теневая политика - это то, что расшатывает их и без того хрупкие миры.

Палингенез в этой истории — не главный злодей, а гигантское, бездушное зеркало, в котором герои видят своё собственное отражение — искажённое, разбитое, но всё ещё живое. Их путешествие — это попытка собрать эти осколки обратно в единое целое.